Морская блокада Ормузского пролива способна нанести Ирану экономический ущерб до $435 млн в сутки, что эквивалентно примерно $13 млрд в месяц, следует из оценок аналитика Миада Малека.
По его данным, более 90% внешней торговли Ирана проходит через Персидский залив, а нефтегазовый сектор обеспечивает около 80% экспортных доходов и почти четверть ВВП страны.
Основной удар придётся по экспорту нефти. До кризиса Иран поставлял около 1,5 млн баррелей в сутки, зарабатывая порядка $139 млн в день. Блокада фактически обнуляет эти доходы, поскольку ключевой экспортный узел — остров Харк — не имеет альтернативных маршрутов.
Дополнительные потери формируют нефтехимия и несырьевой экспорт. Поставки нефтехимической продукции оцениваются примерно в $54 млн в день, а прочих товаров — ещё около $79 млн, большая часть которых также проходит через блокируемые порты.
Импорт также оказывается под ударом. Иран ежегодно закупает товаров примерно на $58 млрд, что составляет около $159 млн в сутки. Ограничение поставок ведёт к дефициту промышленного оборудования, сырья и потребительских товаров. Уже сейчас продовольственная инфляция превышает 100%, и в условиях блокады она может резко ускориться.
Отдельный риск связан с нефтяной инфраструктурой. Свободные мощности хранения оцениваются примерно в 20 млн баррелей. При текущем уровне добычи они могут заполниться за 10–13 дней, после чего Ирану придётся останавливать добычу.
Такие остановки могут привести к необратимому повреждению месторождений и потере до 300–500 тыс. баррелей добычи в сутки в долгосрочной перспективе, что эквивалентно $9–15 млрд ежегодных потерь.
На фоне этих процессов усиливается давление на национальную валюту. Риал уже обесценился с 42 тыс. до 1,5 млн за доллар, а ограничения на снятие средств и высокая инфляция создают риски перехода к гиперинфляции.
По оценке аналитика, альтернативные маршруты экспорта вне Ормузского пролива способны компенсировать менее 10% текущих объёмов, что делает блокаду критическим фактором для всей экономики страны.