После месяца войны Иран фактически перехватил контроль над Ормузским проливом, резко сократив международное судоходство и усилив своё влияние на глобальные поставки нефти. Об этом сообщает Bloomberg, оценивая итоги конфликта.
По данным издания, поток судов упал с привычных 130–135 в день до примерно 6, а около 80% танкеров, проходящих через пролив, связаны с Ираном или дружественными ему странами. То есть при всей риторике о «разгроме» Тегерана на практике он получил главный рычаг давления — контроль над ключевой артерией мировой энергетики.
В итоге складывается неудобная для Вашингтона картина: военные удары есть, громкие заявления есть, а стратегический результат — усиление позиций противника. И если эта динамика сохранится, то разговоры о «победе» окончательно уступят месту более прагматичной оценке — кто на самом деле контролирует нефть и логистику региона.