Нефтяной рынок входит в фазу системного перегрева — Азия перетягивает на себя потоки, а Красное море рискует стать второй зоной конфликта. Так считает главный инвестиционный директор Pickering Energy Partners Дэн Пикеринг.
По его словам, именно Азия сейчас задаёт цену на нефть, притягивая к себе грузы, в то время как Саудовская Аравия пытается выполнить контрактные обязательства перед азиатскими покупателями через альтернативные маршруты. Красное море временно стало обходным коридором, но ситуация может быстро измениться, если хуситы начнут активно давить на судоходство в районе Баб-эль-Мандеба.
Пикеринг отмечает, что у хуситов нет полного контроля над югом Йемена, однако они уже доказали способность атаковать суда с помощью дронов и ракет. В случае эскалации это может открыть «второй фронт» в мировой энергетике и поставить под угрозу ещё один ключевой маршрут поставок.
На фоне конфликта глобальные запасы нефти сокращаются на 70–100 млн баррелей в неделю. Это происходит как за счёт распродажи накопленных запасов, включая санкционную нефть, так и из-за использования стратегических резервов. В условиях товарных рынков это означает одно — рост цен.
Эксперт подчёркивает, что рынок уже движется к разрушению спроса: это произойдёт не при $90 за баррель, а ближе к $125 и выше. По его оценке, США могут выйти на такие уровни цен уже в течение 4–6 недель, если не будет дипломатического или военного разрешения конфликта.
При этом ключевой фактор — не текущие цены, а длительность кризиса. Чем дольше нефть остаётся «запертой» за Ормузом и потенциально Баб-эль-Мандебом, тем выше будет долгосрочный ценовой пол. Уже сейчас рынок закладывает рост: контракты на 2027–2028 годы поднялись до $70+ за баррель.
Параллельно меняется поведение рынков: нефть и фондовые индексы начали двигаться в противоположных направлениях. Рост цен на энергию становится фактором давления на экономику, инфляцию и ставки, а сам энергетический сектор начинает выглядеть как отдельная инвестиционная тема с потенциалом ускоренного роста.