Глобальный нефтяной рынок может восстановить равновесие в течение ближайших 3–4 недель даже без завершения конфликта и без участия США — к такому выводу пришёл аналитик Андреас Стено в материале для Real Vision и Nowcast IQ.
По его оценке, текущая ситуация вокруг Ормузского пролива выглядит менее драматично, чем это подаётся в медиа. Несмотря на первоначальный шок, потоки нефти уже начинают восстанавливаться.
«Нефтяная математика выглядит существенно менее тревожной, чем её описывают энергетические алармисты», — отмечает Стено.
Он указывает на появление первых признаков нормализации: заключаются двусторонние сделки, растёт количество танкеров, покидающих пролив, а страны начинают выстраивать альтернативные логистические цепочки.
По его данным, уже сейчас восстановлено около 65% довоенных поставок — порядка 13–14 млн баррелей в сутки. Оставшийся дефицит в 5–6 млн баррелей может быть компенсирован в течение нескольких недель за счёт увеличения числа танкеров и перенастройки маршрутов.
«Мировая система буквально за несколько недель “собрала заново” две трети потоков через пролив», — подчёркивает он.
Ключевую роль в этом процессе играют не США, а другие центры силы. Европа, Китай, Индия и страны Азии активно заключают двусторонние соглашения, формируя новую архитектуру энергетических потоков.
«Я никогда не видел такого дипломатического импульса, который бы обходил США», — отмечает аналитик.
По его мнению, формируется параллельная морская экономика, где используются альтернативные схемы страхования, включая государственные гарантии Китая и Индии, а также активно задействуется «теневой флот».
Дополнительным фактором становится возможное введение фактической платы за транзит через Ормузский пролив. В этом сценарии Иран не блокирует поставки полностью, а монетизирует контроль над маршрутом.
«Это станет своего рода глобальной подпиской — дорогой, но управляемой», — считает Стено.
Он также отмечает, что влияние Ирана как фактора давления может со временем снижаться, поскольку рынок быстро адаптируется к ограничениям.
Таким образом, вместо долгосрочного энергетического кризиса мир может столкнуться с более сложной, но устойчивой системой поставок, где риски перераспределяются, а роль США в глобальной энергетике постепенно сокращается.